Первичная интуиция

Это данная в опыте и ни к чему иному не сводимая аксиома, которая лежит в основании всего мировоззрения. Ее невозможно придумать, ее можно только принять в дар. Первичная аксиома – это замочная скважина, сквозь которую человек пытается увидеть мир как целое. Задача заведомо невозможная. Но и уйти от попытки ее решения тоже нельзя.

Мир как число

Философия Пифагора в самом общем виде может быть выражена в трех словах: мир есть число. Конечно, фраза сама по себе непонятна, недостаточна и даже абсурдна. Каким образом, этот снег за окном может быть числом? В лучшем случае можно сосчитать, сколько понадобится лопат, чтобы его расчистить, но количество лопат ничего не говорит о плоти и крови снега, о том что он холодный, влажный и по-мартовски грязный. Снег не число. Но если мы сможем уловить ту первичную интуицию, из которой выросла эта философема, все станет на свои места.

Пифагор, экспериментируя со струнами разной длинны, подметил интересный факт. Если одновременно взять струну длиной в две единицы и струну в два раза меньшую, т.е. длиной в одну единицу, то получится красивое созвучие. Выходит, размышлял философ, два относится к одному (2/1) не как число, а как красота!

В этом вся суть. Музыка оказалась тем удивительным миром, в котором количество одновременно является качеством. Идеально звучащая квинта (до и соль, например) может быть представлена в виде простой дроби 3/2. Это означает, что для создания красоты достаточно натянуть струну длиной в 3 единицы и струну длиной в 2 единицы и щипнуть их одновременно. При этом все равно, какие это струны, из чего они сделаны и на чем натянуты, лишь бы их длины были математически точно высчитаны.

Таким образом, красота – эта более чем качественная характеристика – выражается числом – этой более чем количественной величиной. В музыке уже нет никакой хаотичной вещности этого мира, но еще и нет тех абсолютно прозрачных для разума отношений, которые царят в идеальном мире математики.

Пифагор не остановился на простой констатации факта, известного любому музыканту. Он осознал его как первичную интуицию, как точку, из которой мир становится понятным, и в этом ключе развил свою философию. Если число создает самую совершенную вещь в мире, каковой является красота, следовательно, число создает и все менее совершенные вещи, которые только есть в мире. Поэтому число есть исток мира. А мир, по своей сути, есть число.

Вариации на тему

Многие классические философские системы (до ХХ века) становятся прозрачными, если смотреть на них сквозь призму первичных интуиций, лежащих в их основании.

Платон рассуждал приблизительно так. Вот красивый дом, вот красивая ваза, вот красивый вид из окна, а вот красивая девушка. Но каждая из этих сущностей не совершенна. Вазу можно разбить, а человек стареет. Должна быть красота сама по себе, которая не ломается и не становится старше. Первичная интуиция Платона – совершенные вещи должны существовать вне своих конкретных, подверженных влиянию времени воплощений. А раз они должны, значит, они уже есть. Иначе - мир летит в тартарары, и Сократ ушел в небытие. Если мы это понимаем, мы также понимаем, почему есть отдельный неуничтожимый мир, в котором вещи даны как уже достигнутое совершенство.

Шопенгауэр считал, что все сущности пред-стоящего нам мира, при всей своей очевидной отделенности друг от друга, имеют общий корень. Мы все есть всплески одной и той же мировой воли. Если мы хорошо понимаем этот первичный посыл, то нам становится понятной и этика Шопегауэра. По сути нет разницы между ты и я. В своей глубине мы одно и то же. Поэтому золотое правило «не делай другому того, что не хочешь, чтобы делали тебе», с точки зрения Шопенгауэра, звучит как тавтология. Конечно, я не буду убивать другого, ведь тогда, я буду убивать самого себя. Другое дело, что иногда воля может саму себя отрицать. Но это, действительно, другая история.

Определение

Первичная интуиция конституируется следующими моментами:

• озарение, которое приоткрывает человеку сущность мира, делает для него мир соизмеримым и осмысленным: мир – это гармония красивых чисел.
• озарение зиждится на четко фиксируемом факте, опытно подтвержденном и пережитом: половина струны и целая струна звучат красиво.
• первичный факт оказывается краеугольным камнем, на котором строится все мировоззрение: мир есть число.
• мировоззренческий вывод, который делает человек из первичного факта, как правило, осуществляется в форме неправомочного обобщения: если красота в музыке определяется правильными цифровыми соотношениями, следовательно (?) мир есть число.

Первичная интуиция Нового Завета

«Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Матф. 3:1,2). Иоанн чаял и возвещал пришествие мессии. При этом он называл Христа – Царствием Небесным. Получается, что Христос – это и есть чаемое Царство Божие. Не просто определенный политический строй, не просто город, пусть даже Небесный Иерусалим, не просто конец времен и начало новой жизни, а прежде всего и больше всего - конкретная личность. В этом и заключается первичная интуиция Нового Завета – человек призывается к покаянию, чтобы войти в личность Христа, как в дверь. Понятно, почему евхаристия – краеугольное таинство Нового Завета. Через причастие мы действительно входим в Христа, становимся частью его тела, которое и есть Церковь.